Ппвс номер 16

Постановление пленума верховного суда РФ от 4 декабря 2014 г. № 16

Ппвс номер 16

Скрипченко Нина Юрьевна, профессор Северного (Арктического) федерального университета им. М.В. Ломоносова, доктор юридических наук, доцент.

В статье комментируются новые подходы Пленума Верховного Суда РФ к квалификации преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности. Автор проводит сравнительный анализ ранее действовавшего и вновь принятого документов Пленума, обращая внимание на изменения в судебной практике.

Ключевые слова: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. N 16, половая неприкосновенность, половая свобода, насилие, несовершеннолетний.

Resolution N 16 of the Plenum of the Supreme Court of the Russian Federation on court practice in crimes against sexual immunity and sexual freedom of a person of december 4, 2014

N.Yu. Skripchenko

Skripchenko Nina Yuryevna, LLD., Assoc. Prof., Professor, North (Arctic) Federal University of M.V. Lomonosov.

The article commented on the new approaches of the Plenum of the Supreme Court on the definition of crimes against sexual integrity and sexual freedom. The author carries out a comparative analysis of pre-existing and newly adopted a resolution, paying attention to changes in judicial practice.

Key words: Resolution of the Plenum of the Supreme Court on 4 December 2014 N 16, sexual integrity, sexual freedom, violence, minor.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 4 декабря 2014 г. N 16 “О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности” (далее – Постановление 2014 г.

) пришло на смену действовавшему чуть более десяти лет Постановлению от 15 июня 2004 г. N 11 “О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации” (далее – Постановление 2004 г.

) , которое в связи с существенными изменениями уголовного законодательства не отвечало на многие вопросы, возникающие в правоприменительной практике. Изменения и дополнения, внесенные в Уголовный кодекс Федеральными законами от 27 июля 2009 г. N 215-ФЗ, от 27 декабря 2009 г.

N 377-ФЗ, от 7 декабря 2011 г. N 420-ФЗ, от 29 февраля 2012 г. N 14-ФЗ и от 28 декабря 2013 г. N 380-ФЗ, затронули все статьи гл. 18 УК РФ.

См.: Российская газета. 2014. 12 декабря.
Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004. N 8.

Противоречия в уголовном законодательстве, устанавливающем ответственность за посягательства на половую неприкосновенность и половую свободу личности, трудности, с которыми столкнулся правоприменитель, стали предметом активного обсуждения в науке .

Сложности на практике возникали не только при квалификации рассматриваемых преступлений, но и при назначении принудительных мер медицинского характера лицам, совершившим преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетних, не достигших четырнадцатилетнего возраста, и страдающим расстройством сексуального предпочтения (педофилией), не исключающей вменяемости (п. “д” ч.

1 ст. 97 УК РФ), назначение которых стало обязательным после дополнений, внесенных Федеральным законом от 29 февраля 2012 г. N 14-ФЗ.

См., напр.: Коняхин В., Оберемченко А. Квалификация развратных действий в условиях применения к потерпевшему насилия или использования его беспомощного состояния // Уголовное право. 2014. N 2. С. 37 – 41; Макаров А.В., Жукова А.С. Преступления против личности несовершеннолетних: вопросы внесения изменений в УК РФ и дифференциация уголовной ответственности // Российский следователь. 2014. N 12. С. 23 – 27; Яни П.С. Вопросы квалификации половых преступлений // Законность. 2013. N 5. С. 16 – 21; и др.

Предлагая в п. 1 Постановления 2014 г. дефиниции преступлений, предусмотренных ст. ст. 131 и 132 УК РФ, Пленум не определил, что следует понимать под половым сношением, мужеложством, лесбиянством, иными действиями сексуального характера.

Судебное толкование указанных понятий, которое давалось в п. 1 Постановления 2004 г.

, вызывало споры, но все же оно вносило некоторую определенность в правоприменительную деятельность, и даже от таких дефиниций довольно общего свойства вряд ли стоило отказываться.

Содержащееся в п. 1 Постановления 2014 г. определение иных действий сексуального характера существенно ограничивало пределы действия ст. ст.

131 и 132 УК РФ, так как Пленум фактически ввел в состав указанных насильственных половых преступлений признак цели, относя к указанным деяниям только те, которые направлены на удовлетворение половой потребности посягателя . Этот недочет устранен в п. 1 Постановления 2014 г.

, где обоснованно утверждается, что мотив совершения преступлений, предусмотренных ст. ст. 131 и 132 УК РФ (удовлетворение половой потребности, месть, национальная или религиозная ненависть, желание унизить потерпевшее лицо и т.п.), для квалификации содеянного значения не имеет.

Подробнее см.: Яни П. Вопросы квалификации половых преступлений // Законность. 2013. N 5. С. 16 – 21.

В отличие от Постановления 2004 г., раскрывавшего в п. 3 только один способ совершения насильственных половых преступлений (использование беспомощного состояния потерпевшего), п. п. 2 – 5 Постановления 2014 г.

содержат толкование всех способов совершения преступлений, предусмотренных ст. ст. 131 и 132 УК РФ, здесь раскрывается понятие насилия, угрозы применения насилия, использования беспомощного состояния потерпевшего.

Определяя насилие, Пленум Верховного Суда РФ разъясняет, что, выступая способом совершения преступлений, предусмотренных ст. ст.

131 и 132 УК РФ, оно может быть как опасным, так и не опасным для жизни или здоровья , не охватывая лишь умышленное причинение тяжкого вреда здоровью человека, которое требует дополнительной квалификации по соответствующей части ст. 111 УК РФ (п. 2 Постановления 2014 г.).

Схожий подход к определению насилия содержится и в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. “О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое”, что следует признать обоснованным, так как судебное толкование терминологии должно носить единый и согласованный характер.

Предлагаемое в п. 3 Постановления 2014 г.

толкование угроз применения насилия позволяет сделать вывод, что для юридической оценки угрозы в указанных выше составах преступлений необходимы два обязательных условия: во-первых, угроза должна являться средством преодоления сопротивления потерпевшего лица, во-вторых, должны быть основания опасаться осуществления данной угрозы.

Как справедливо пишет И.А. Фаргиев, перечень указанных условий необходимо дополнить еще и указанием на осознание виновным того, что высказанная угроза оказывает или окажет воздействие на потерпевшего и последний воспринимает ее как реальную, а также – на желание добиться такого результата .

См.: Фаргиев И.А. Заметки к проекту Постановления Пленума Верховного Суда РФ “О судебной практике по делам о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности” // Уголовное право. 2014. N 5. С. 98 – 100.

Определяя в п. 5 Постановления 2014 г. беспомощное состояние потерпевшего, стоило бы упомянуть и примечание к ст. 131 УК РФ, в котором легально закрепляется один из случаев нахождения потерпевшего в беспомощном состоянии.

Исключение в 2003 г. из понятия совокупности преступлений (ч. 1 ст. 17 УК РФ) в случаях, когда “совершение двух или более преступлений предусмотрено статьями Особенной части…

в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание”, повлекло расхождение судебного и доктринального толкования в вопросах квалификации убийств, сопряженных с иными преступлениями. Ряд ученых, ссылаясь на новую редакцию ч. 1 ст.

17 УК РФ, отказались от прежнего подхода к квалификации так называемых сопряженных убийств по совокупности с разнородными преступлениями и высказали предложение о необходимости приведения судебного толкования в соответствие с доктринальным как более точно отвечающим позиции законодателя .
См.: Наумов А.В. Совокупность в составных насильственных преступлениях: когда она есть и когда отсутствует // Уголовное право. 2014. N 5. С. 76 – 79.

Позиция же Верховного Суда РФ в этой части не изменилась, как и в известном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. “О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)” (абз. 2 и 3 п. 13), так и в абз. 4 п.

2 Постановления 2014 г. даются разъяснения о необходимости квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных п. “к” ч. 2 ст. 105 УК РФ и соответствующими частями ст. 131 или ст. 132 УК РФ.

И эту позицию также поддерживает значительная часть авторитетных криминалистов .

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. N 1 “О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)” (ред. от 3 декабря 2009 г.) // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 3.
Гаухман Л.Д. Проблемы квалификации насильственных преступлений // Уголовное право. 2014. N 5. С. 39 – 42.

Не изменилась позиция Пленума и при определении продолжаемых насильственных половых преступлений (п. 8 Постановления 2014 г.).

Отличие состоит лишь в том, что действующее Постановление, помимо временной связи и единства прочих признаков, характеризующих объективную сторону содеянного, являющихся внешними проявлениями (возможными доказательствами) единого умысла на совершение ряда тождественных актов, посягающих на половую свободу, конкретизирует, что преступление совершается в отношении одного и того же лица.

Одним из наиболее спорных в доктрине уголовного права и судебной практике остается вопрос квалификации групповых насильственных половых преступлений. В п. 10 Постановления 2014 г.

содержатся общие положения о квалификации изнасилования и насильственных действий сексуального характера по признаку совершения группой лиц (группой лиц по предварительному сговору, организованной группой).

При этом Пленум Верховного Суда РФ не дает прямого ответа на вопрос, следует ли признавать женщину соисполнителем группового изнасилования в случае применения ею насилия к потерпевшей в процессе изнасилования. Судебная практика последних лет идет по пути признания женщины соисполнителем группового изнасилования при указанных обстоятельствах .

Вместе с тем, как справедливо отмечает Т.Н. Нуркаева, приведенная ситуация является нетипичной с точки зрения понимания субъекта рассматриваемого преступления и в определенном смысле идет вразрез с положениями уголовного закона (ч. 4 ст. 34 УК РФ) . Учитывая изложенное, Пленуму Верховного Суда РФ стоило бы четче высказать свою позицию относительно квалификации подобных случаев.

Источник: https://WiseLawyer.ru/poleznoe/85132-postanovlenie-plenuma-verkhovnogo-suda-dekabrya-2014-sudebnoj

Постановление Пленума ВС РФ: налоговые преступления

Ппвс номер 16

Новое Постановление № 48, принятое Пленумом Верховного суда РФ 26.11.19 г, касается целого ряда вопросов, в том числе:

– ответственности юридических лиц, действующих через лиц подставных;

– «номинальных» директоров и оформленных на них компаний-неплательщиков.

Ответственность за предпринимательство через подставное лицо

Если доказано, что определенное лицо вело бизнес через подставное (скажем, безработного, формально зарегистрированного как ИП), именно оно (фактически ведущее деятельность) будет привлечено и понесет ответственность за уклонение от уплаты налогов. Кроме того, отвечать будет и лицо подставное, как пособник в совершении правонарушения (согл п 6 обсуждаемого Постановления Пленума ВС РФ).

Важно:ответственность для подставного лица наступает лишь в случаях, когда доказано, что оно осознавало свое участие в уклонении от уплаты налогов, и преступление охватывалось его умыслом.

Ответственность руководства уклоняющихся предприятий

В обсуждаемом Постановлении Пленума ВС п 16 гласит: лицо, руководящее (юридически или фактически – не важно, и в том, и в другом случае) несколькими компаниями, уклоняющимися от налогов, будет отвечать перед законом по совокупности совершенных преступлений, предусмотренных частями ст 199 УК РФ.

Ответственность чиновников

Согласно п 23 все того же Постановления, чиновники (должностные лица муниципалитетов, государственных органов), умышленно содействовавшие совершению налоговых преступлений, будут по закону отвечать, как пособники.

Важно:действия вышеупомянутых лиц влекут за собой наказание также за преступления против государственной/муниципальной службы (ст/ст 285, 292 УК РФ), если чиновники действовали из корыстной или любой другой личной заинтересованности.

Способы уклонения от уплаты налогов

В Постановлении № 48 (п 4) Пленума ВС РФ прописаны способы такого уклонения. Согласно данному документу ими считаются:

– умышленное внесение в налоговую декларацию или иные документы для расчета налогового бремени заведомо ложных сведений;

– умышленное непредоставление документов для расчета налогов.

Момент окончания преступления: способ определения

В обсуждаемом Постановлении Пленума Верховного Суда РФ особо отмечено (п 4): срок подачи декларации может не совпадать со сроком уплаты налогов. Тогда моментом «окончания преступления», а именно уклонения от уплаты налогов (ст 198, 199 УК РФ) считается неуплата в установленный законом срок, по факту.

Физические лица, как субъекты преступлений

Физические лица, которые осуществляют представительство, являются субъектами вышеупомянутых налоговых преступлений (п 6 Постановления № 48, см выше).

Согласно п 7 того же Постановления ВС РФ, если от уплаты от налогов уклоняется организация, к уголовной ответственности привлечено должно быть лицо, подписавшее документы, предоставленные в налоговую инспекцию: руководитель или уполномоченный представитель. К ответственности может быть привлечен и фактический руководитель (если это доказано).

Привлечение к ответственности за подделку документов

Когда в случаях с уклонением от налогов имеет место также подделка документов/штампов/бланков и/или печатей, привлечение к ответственности виновных осуществляется по совокупности содеянного (ст/ст 198/199, ст 327 УК РФ, п 9 Постановления Пленума ВС РФ за № 48)

Определение неуплаты, как крупной/особо крупной

Обязательным условием для привлечения к ответственности за неуплату налогов (ст 198/199 УК РФ) является ее (неуплаты) размер. Он должен быть крупным или особо крупным. Определение статуса ведется по примечаниям к указанным статьям. При этом размер исчисляется исключительно за период трех финансовых лет (подряд), в т ч за отдельный расчетный период.

Важно:суд, решая вопрос об ответственности, устанавливает действительную сумму налогов к оплате, учитывая все значимые факторы (п 14 того же Постановления ВС РФ).

Отсутствие состава преступления

В случаях, когда лицо, подав недостоверную декларацию, все-таки уплатило налоги в установленный законом срок, оно к ответственности привлечено быть не может по причине отсутствия состава преступления (считается, что такое лицо отказалось от доведения умысла до конца), согл п 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Личный интерес налогового агента, не исполнившего свои обязанности

В ходе разбирательства по привлечению к ответственности неплательщика налогов необходимо установить, в связи с чем образовалась неуплата. Стремился ли налоговый агент извлечь выгоду имущественного/неимущественного характера, как того требует п 19 Постановления № 48 Пленума ВС РФ.

Если личной заинтересованности не установлено, состав преступления также отсутствует, невзирая на крупный или особо крупный размер неуплаты.

Сокрытие денег или имущества при привлечении к ответственности

Согласно п 22 в Постановлении № 48 при привлечении к ответственности за сокрытие денег/имущества (за счет которых взыскиваются не уплаченные налоги), следует учитывать, что:

– взысканные/подлежащие взысканию пени и штрафы в сумму недоимок не включаются (в случаях определения размера сокрытия);

– сокрытие имущества повседневного личного пользования физическим лицом (в том числе ИП) и/или членами его семьи не является составом преступления.

Обещание возместить ущерб

Многих интересует вопрос: а если пообещать возместить ущерб от не уплаченных налогов, освободит ли это обещание виновных от ответственности?

В Постановлении № 48 есть п 25, в котором четко сказано, что обещание/обязательства лица, совершившего преступление, по возмещению ущерба, переводу денег и им подобные, не являются основанием для освобождения от ответственности по закону.

Другие важные моменты Постановления № 48 Пленума ВС РФ

В данном постановлении также указывается на:

– общественную опасность налоговых преступлений (п 1);

– необходимость применения норм, действующих в определенный налоговый период;

– недопустимость применения устаревших норм, ухудшающих положение налогоплательщиков (такие не имеют обратной силы);

– необходимость применения устаревших «улучшающих» норм, если на такую возможность прямо в них указано (п 3);

– то, что любые сомнения должны трактоваться в пользу налогоплательщиков (пп 8,13);

– то, что ответственность за уклонение от уплаты налогов в бюджет грозит как российским фирмам, так и зарубежным (п 10).

Отметим, что Постановлением № 48 было отменено Постановление № 64 Пленума Верховного Суда РФ, принятое 28.12.06 г.

Поддержите развитие нашего канала Яндекс.Дзен лайком (палец вверх – слева) и подпиской. Это поможет нам публиковать больше интересных материалов. Также вы сможете оперативно узнавать о новых публикациях.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/pravomoe/postanovlenie-plenuma-vs-rf-nalogovye-prestupleniia-5df154b96f5f6f00ae721632?utm_source=serp

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

    ×
    Рекомендуем посмотреть