Примеры подкупа судей

Содержание

Судебная система России: коррупция, взятки и круговая порука | Свобода слова

Примеры подкупа судей

Судебная система России, это — взятки, коррупция, кумовство и круговая порука. Как выглядит изнутри судебная система России рассказал судья Дмитрий Новиков

Экс-судья Хостинского районного суда Сочи Дмитрий Новиков стал известен в широких кругах, после того как обвинил коллег в разворовывании земель в Красной Поляне, которые затем пошли под олимпийские объекты.

В ответ Новиков получил обвинения в том, что сам почти десять лет был частью коррупционной системы, расписывая землю на помощников и знакомых. Почти все обвинения были сняты, часть из них пятый год расследуется в Ростове-на-Дону.

Сегодня у Новикова, по его собственным словам, уникальный статус «федеральный судья без места». О том, как выглядит изнутри судебная система России судья Новиков рассказал Анне Смирновой:

Судья Дмитрий Новиков

– Как вы стали судьей?

— Я работал учителем начальных классов, потом окончил юрфак и в ходе учебы устроился судебным исполнителем в Советский районный суд Краснодара. За ящик шампанского помогла это сделать знакомая мамы.

Зарплата у судебных исполнителей была небольшой, но по ходу я узнал, что они порой в десять раз больше судей тогда получали. Дело в том, что в 90-е со всех взысканных сумм исполнителям отписывались 5%.

Но ни один судья не подпишет определение о выплате тебе премиального вознаграждения в виде 5% за исполнение, если его интерес не будет учтен. Это стало моим первым коррупционным знакомством с системой.

Решил попытаться стать судьей. Прошел экзамен, впереди было самое сложное – согласование с депутатами Законодательного собрания, тогда они также согласовывали федеральных судей. Бесплатно получить его было невозможно, начал искать выходы на разных депутатов, договорился с одним за небольшое «спасибо». Назначили меня в Усть-Лабинский районный суд.

— Между сельской глубинкой и курортным Сочи большая разница…

— Спустя время проявил дерзость – попросил перевести меня в Сочи. Председатель удивленно ответил: в Сочи только через Новороссийск, нужно там для порядка поработать, а то скандальчик может выйти.

Уговорил его, пообещал быть послушным. Попытался маленькое «спасибо» дать в размере стоимости, наверное, двух коробок конфет –дал бы большое, точно не перевели бы, здесь наивность смутила.

Так я оказался в Хостинском районе Сочи.

— Получается, обманули председателя?

— Я был послушным до поры до времени, пока не стало опасным. Представьте, мальчик из поселка Пашковский стал федеральным судьей на всероссийском курорте.

Работа в Сочи – большая лотерея. Особенно сейчас, когда все вдруг стали «патриотами» и приезжают на отдых в Краснодарский край.

Любого руководителя – будь то из генеральной прокуратуры, будь то из Верховного суда или Администрации президента, нужно встретить, разместить, повеселить… У сотрудников сочинского аппарата нарабатываются соответствующие связи.

Так получилось, что председатель Верховного суда Лебедев ко мне очень хорошо относился. Мы общались, встречу с хостинскими судьями он провел в моем кабинете, приглашал на дни рождения, однажды Путину представил.

Мы больше двух часов сидели за одним столом с президентом, он мне показался очень интересным человеком. Я даже тост поднял: знаете, говорю, главный признак того, что Россия демократичное, правовое государство то, что я стою здесь, общаюсь с вами. Такого невозможно было представить в советское время.

— Сегодня, наверное, ящик шампанского и коробка конфет не помогли бы.

— Дипломы юристов в стране получают тысячи выпускников. Некоторые из них работают по специальности, имеют нужный стаж. Но на конкурсы по вакантным местам в судах документы не подают. Потому что знают – стать судьей без денег и связей почти невозможно. Платить нужно всем.

Сначала экзаменационной комиссии, потом квалификационной коллегии, организующей конкурсы, а по сути, аукционы на вакантные места в судах, если судья мировой – утверждающим его депутатам.

Пройдя эти барьеры – сотрудникам полпредства президента, затем уж в самой администрации главы государства.

Когда я собирался перейти из Хосты в председатели Адлерского районного суда Сочи, согласование в администрации президента проходило через Андрея Полякова. Приезжаю к нему на прием, он при мне звонит в краевой суд: согласовываем? Согласовываем.

Потом заявляет: ты должен выполнить ряд условий. И выставляет непосильные условия, размер которых был невероятен. У меня таких возможностей нет, нельзя хотя бы половину? В ответ: мы не на базаре.

Или землей будешь рассчитываться? У тебя есть время, подумай…

— Понятно. Вернемся к механизму работы судов. Предположим, денег хватило, человек надел мантию. Расскажите о механизме работы суда? Может ли принципиальный судья вынести действительно независимое решение?

— Расскажу о своем первом оправдательном приговоре. При рассмотрении дела по обвинению четырех граждан в разбое, вымогательстве и незаконном лишении свободы человека, меня трижды вызывал к себе председатель районного суда, требуя согласовать с ним все процессуальные решения.

До этого он ввел в общее правило согласовывать с ним освобождение из-под стражи, отказ в удовлетворении ходатайства об избрании меры пресечения, назначение условного наказания. Я не согласился.

После того, как оправдал граждан и освободил их из-под стражи, он был в ярости: тебе п…ц.

Сегодня отсутствует реальный механизм воздействия на лицо, вмешивающееся в правосудие и давящее на судью. Вы скажите – сообщайте в СКР. Но оттуда заявление направят рядовому следователю в тот же район, где работает председатель суда.

Теперь поставьте себя на место мальчика-следователя, с таким трудом получившего эту работу. Председатель суда даже на опрос не соизволит явиться – он в районе барин! Добавьте к этому то, что дети председателя суда, как часто бывает на практике, судьи и помощники прокурора.

Если у следователя хватит принципиальности и процессуальной самостоятельности, на его действия этим же председателем суда будет подана жалоба в свой же суд.

Жалобу рассмотрит рядовой «независимый» судья, которому и характеристику, и приказ об отпуске и поощрении, подписывает все тот же председатель, к тому же полностью контролирующий квалификационную коллегию.

Судебная система России: кумовство и круговая порука

О том, как подбираются кадры в наши суды, расскажу на примере Сочи.

Судьями и их помощниками в мою бытность работали дочь краевого прокурора, а позже советника губернатора, дочь генерального прокурора, сегодня полпреда в ЮФО Устинова, жены начальника милиции и прокурора города, племянник казачьего атамана, подружка одного из руководителей «Газпрома», которая кичится тем, что возвращена на работу по команде Ельцина. Заместители председателя суда — некая дама, изгнанная когда-то из Ставрополья, но дружащая с экс-министром юстиции, и сын председателя соседнего районного суда. Свой же сын в подчинении у соседа, такая круговая порука.

— Да, при таком составе интересно было бы послушать неформальные разговоры. Размерами машин и домов меряются?

— Вы бы послушали разговоры в кабинетах и «курилках». Один судья озабоченно жалуется, что «сволочь председатель» не дает ни одного денежного дела, поэтому две недели сидит на мели.

Другой тоже сетует: как в глаза жене буду смотреть, даже 200 долларов сегодня домой не понесу! Выход – идти к банкомату, снять с карточки копившуюся за ненадобностью несколько месяцев зарплату.

Председатель в это же время ворчит, что народ стал жадным, последний посетитель вместо денег бетон предлагал. Хорошо, что стройку затеял, а так зачем ему этот бетон?

Очень судьи любят дела о преступлениях, предусмотренных статьями 228 УК РФ (наркотики) и 159 УК РФ (мошенничество). Там уж поле для деятельности широкое – пределы судебного усмотрения варьируются от штрафа и 2 месяцев до 8 лет колонии. Подсудимые и их родня, желая более мягкого приговора, несут к ногам Фемиды щедрые воздаяния.

Опытный судья обычно вводит молодого коллегу в курс дела, предупреждая о правилах игры: до суда доходят лишь дела, которые не успели продать на стадии следствия или утверждения обвинительного заключения.

Поэтому теперь прокуратура и следствие будут мешать заработать на этом деле.

Нужно поделиться с прокурором и председателем суда, чтобы первый не вносил протест (представление), а второй обеспечил сохранение юридической силы любого приговора или решения на стадии обжалования.

— Оппоненты утверждают, что землю в Красной Поляне вы присудили, в том числе, своим помощникам. Тому же Шелковому, который сегодня свидетельствует против вас.

— Человек, которого называют моим помощником, Шелковой – работал представителем губернатора Краснодарского края в Сочи по вопросам инвестиций и предпринимательской деятельности.

Я убеждал его отказаться от земли, но он объяснил: вызвал Волошин, сейчас он председатель Московского областного суда, и говорит – давай переоформляй землю у морпорта в центре Сочи со своей организации другого человека. А морской порт в Сочи это самый центр, как Кремль в Москве. На кого оформим? На Эдуарда Кагосяна.

Это известный под кличкой «Карась» криминальный авторитет, имевший корочку помощника судьи краевого суда, а затем, как мне рассказал следователь Юрин, помощника судьи Верховного суда. «Карась» имел шикарный автопарк, гостиницы, он встречал и размещал высоких гостей.

К слову, именно Кагосян возил по городу Алексея Пиманова, когда тот снимал про меня первую передачу. Поселил криминальный авторитет ведущего «Человека и закона» в санатории «Родина».

Так вот, когда я обратился в ФСБ, оказалось, что почти вся информация им известна, но никаких мер не принимается. Видимо, собирают «в стол». В ФСБ мне пообещали защиту, если буду открыто говорить обо всех фактах, но на другой день арестовали в Москве и повезли в Краснодар.

— Кстати, как складываются взаимоотношения судей с чекистами?

— Мои отношения складывались следующим образом.

Уже после ареста начальник следственного отдела краевого УФСБ Александр Чернов бил меня пачкой документов по лицу и выкрикивал разъяснение:«Ты, дурак, забыл, что право это возведенная в закон воля господствующего класса, к которому ты не относишься! Жили себе судьи нормально, щипали народ понемножку, а ты решил им помешать.

Теперь вот сам себя вини!». Не могу говорить за всю структуру службы безопасности, но в Краснодарском крае многие чекисты, как мне кажется, еще уверены, что на дворе 20-е годы, а Дзержинский не умер, просто уехал в отпуск. И судьи полностью зависят от этих «пламенных борцов».

Вот реальный диалог вызванного на ковер к председателю районного суда рядового судьи:

— Ты, козел, почему не арестовал тех двоих, которых привезли ФСБ!?

— Так не за что было…

— Дурак, не мешай людям зарабатывать. Завтра позвонишь, извинишься и попросишь, чтобы их привезли снова. Посадишь настолько, насколько просят.

— Есть!

Таких служителей будут носить на руках, прославлять на совещаниях, таких допустят к секретам кулуарного правосудия. Именно их назовут «Заслуженными юристами» региона и страны. Именно они, вместе с «делающими свой бизнес» чекистами будут наслаждаться жизнью на костях рядовых россиян.

— И как изменить положение дел? Вообще, это реально?

— Я обдумал несколько предложений, которые смогут сделать суды более открытыми и подконтрольными обществу. При президенте нужно создать централизованную экзаменационную комиссию по проверки квалификации кандидатов в судьи и судей. В ней не должно быть судей, чтобы договорные кандидаты не имели доступ к правосудию.

Далее, при президенте России должна быть создана дисциплинарная комиссия, которая будет проверять обоснованность жалоб граждан и органов власти на соблюдение судьями профессиональной дисциплины и иных требований закона. Такая комиссия должна иметь возможность поднимать перед президентом вопрос о прекращении полномочий судьи.

Сегодня получается, что назначает судью лично президент, а «увольняет» любого неугодного председатель суда, полностью управляющий квалификационной коллегией.

Должно обеспечиваться единообразие судебной практики посредством обязательности прецедента (возможно, с уровня решений второй-третьей инстанции) для того, чтобы при прочих равных условиях не могло быть различных решений.

Очень важно лишить председателей судов административной власти над судьями – те распределяют дела, определяют время отпуска, графики дежурств, характеризуют судей. Все это порождает характер крепостничества судьи перед руководством и создает невероятные возможности для председателя суда влиять на судью по любым делам.

Последнее, наконец, я уверен в необходимости отмены неприкосновенности судей. Если мы уверяем общество, что действующие правовые механизмы защищают каждого гражданина, чего бояться судьям? Страх попасть в жернова силовиков и оказаться отвергнутым вчерашними коллегами – главное свидетельство болезни системы.

Источник: theins.ru

Источник: https://svobos.ru/sudebnaya-sistema-rossii-korruptsiya-vzyatki-krugovaya-poruka/

Бывший судья Мосгорсуда Сергей Пашин рассказывает о взятках, кураторстве ФСБ и штампах в судебной системе

Примеры подкупа судей

В этой части разговора речь пойдет о подкупе судей, кураторстве силовиков и нормативах на приговоры.

— Когда вы работали в Мосгорсуде, вас не пытались подкупить?

— Регулярно предлагали взятки.

— За что, какие суммы? Сейчас вы уже можете об этом говорить.

— Разные суммы. За оправдание, за то, чтобы не было лишения свободы… А последняя взятка была от потерпевшего за то, чтобы я приговорил человека к смертной казни. Это была история гостей Москвы, которые делили некоторое имущество. И закончилось все перестрелкой – парень расстрелял четверых.

Один из потерпевших, который приехал из своей малой родины, почему-то хотел в данном случае смертную казнь. И когда я ему смиренно объяснил, что у нас нет смертной казни – мораторий, он сказал, что посоветуется. Посоветовался, пришел на следующий день, сказал: «Пусть будет пожизненное».

Я ему сказал, что мы по закону решим: ежели пожизненное – будет пожизненное, а ежели нет – так нет.

— Сколько в конверте лежало?

— Там была сумма в 5,000 $, как он говорил. Я-то не проверял. Но я попросил убрать этот конверт.

— История с коррупцией в судах актуальна и по сей день. Недавно в «Телеграме» некая адвокат Квеидзе рассказывала, как она заносила в суды… Адвокаты часто грешат. Много в Москве таких адвокатов?

— Я думаю, нет. Это такой слаженный трудовой коллектив. Причем, коррупция, если говорить о взятках, неравномерно распространена по территории России. На юге совсем другое. Представление о том, что нужно вносить какие-то суммы за судейские должности, тоже есть, но не везде. Многое зависит от председателя суда.

Я считаю, что самая тяжкая коррупция связана не с деньгами этих несчастных людей, а с вмешательством власти в правосудие. Вот это действительно коррупция. Когда судья боится оправдать, потому что не хочет ссориться со Следственным комитетом или ФСБ.

Когда председатель суда распределяет дела, понимая, кому какое дать или намекает, как дело решить. Вот это действительно коррупция. И это поражает. Коррупционные схемы, например, в арбитражных судах, обросли еще и людьми, которые принимаю деньги. Это же не на стол судье, это малознакомый с порядками человек может так поступить.

Судья никогда не возьмет. А есть люди, есть расценки, есть представления, сколько стоит, например, снять арест с имущества.

— Сколько?

— Обычно 10% от суммы запроса. По-разному, в Москве, в столичных регионах так принято. Но самое страшное – вмешательство власти. Когда у нет независимой судебной системы, а есть люди, которые ориентируются на чужую волю.

— Кто в этом смысле гораздо более влиятелен? ФСБ или Следственный комитет?

— ФСБ, конечно. Более того, у нас же довольно широко распространен институт прикомандированных, институт кураторов и курируемых. Это означает, что рулит тайная полиция. Понятно, что большинство уголовных и гражданских дел – это дела дешевые, власти не интересные. Это несчастные люди, которые судятся по пустякам. Но когда надо – система срабатывает.

— Почему это кураторство ФСБ – это плохо?

— Потому что у ФСБ свои интересы. И эти интересы совсем не связаны с интересами правосудия. Правосудие – это не только «вор должен сидеть в тюрьме». Правосудие – это еще и надлежащая процедура. Это значит, что вор не должен сидеть в тюрьме, если вы не доказали. А когда говорят: «Раз мы говорим – так он вор», то значит, это не правосудие. Раз ты оправдал, то ты, наверное, получил взятку.

— Есть такой мем: Мосгорсуд сейчас называют Мосгорштамп. У судей есть нормативы по оправдательным и обвинительным приговорам. Это так?

— Про нормативы ничего не слышал. Есть практика: практика вышестоящих судов, раньше они назывались кассационными инстанциями, теперь апелляция, кассация. Но и в советское время, и сейчас практика примерно 5% отмены изменений.

И это примерно, как законы рынка: если ты курируешь нижестоящих судей, ты не можешь отменять слишком много – тогда тебе скажут, что ты с ними не работал, они у тебя неграмотные.

И ты не можешь отменять слишком мало, тогда тебе скажут, ты что, не работаешь, мышей не ловишь.

— А в соотношении с той практикой, на ваш взгляд, насколько эта процентовка реальна? Какой процент, не вошедший в эти «списки», «уезжает» зря?

— Я говорил пока про апелляцию. Что касается первой инстанции, то меньше 0,5% у нас оправданий. Почему так? Потому что если ты кого-то осудил, то шансы на отмену твоего приговора около 1%. Если ты кого-то оправдал, то шансы – каждый третий.

Если судья имеет отмененные приговоры, это плохой показатель его работы. Если ты оправдываешь, риск отмены в 30% больше, чем если ты осуждаешь. Поэтому наша система настроена на эвфемизмы оправдания: то есть тебя не оправдывают, но наказание ниже низшего или в пределах отбытого, или условное наказание.

И будь благодарен – тебе же опустили, так что же ты еще хочешь.

— Если судья слишком часто оправдывает, какие-то санкции к нему применяются?

— Я не видел судей, которые часто оправдывают. Есть судьи, которые по 20 лет никого не оправдывали и этим гордятся. Мне все время говорили разные люди: «Вот ты опять оправдал, как ты ухитряешься? Я вот за 20 лет никого не оправдал. Ты что, самый умный?».

— Удивительно, и почему к нашим российским судам такое отношение, что если ты попал в суд, то всё!

— Потому что суды – это элемент карательной машины. Это придаток карательных органов и тайной полиции – их головы. Что делают в суде? Карают преступников. Не разрешают конфликт, а карают преступников.

— Но при этом человек же может и не быть преступником. Сейчас тот же Следственный комитет использует обвинительный уклон даже в качестве порки конкурентов определенных предпринимателей, это уже не секрет.

— Правильно – если есть возможность использовать силовые структуры, эта возможность будет использована. Если можно бандюков – значит, бандюки будут использованы. Помните, как Маркс учил? Если 300% прибыли, то нет такого преступления, даже под страхом виселицы, которого не совершил бы буржуй. Это мы и имеем.

— Но у вас репутация человека в этом смысле очень неудобного. По крайней мере, из того, о чем говорят ваши коллеги: когда вы работали в Мосгорсуде, процент оправдательных приговоров был сильно выше среднего. И ходят разговоры – как при Сталине.

— При Сталине было от 7 до 10%.

— То есть сейчас даже «как при Сталине» не судят.

— Можно сказать, что дела «троек», «двоек» и «особых совещаний» перешли в обычную систему и разбавили уровень оправданий.

— Даже говорят о том, что именно поэтому вас «попросили».

— Мои полномочия дважды прекращали. И дважды восстанавливали в них. Я подал в отставку, потому что работать с этими людьми уже было нельзя. И я, кстати, жалею. Надо было работать и дальше. Потому что ведь не для них же я работал, для всех этих начальников. А я работал больше для подсудимых, для России. Можно и так сказать. Не надо было проявлять слабость.

— А как это технически происходило? К вам кто-то приходит, вы к кому-то приходите, вам говорят: «Серёжа, нехорошо!».

— Начальство всегда дает понять, довольно оно или недовольно. Например, встречаясь с руководителем суда, тогда была милая женщина Зоя Ивановна Корнева, можно было от нее услышать: «Сергей Анатольевич, опять либеральничаете, опять ходатайства удовлетворяете?». Вот и все, понимай как знаешь.

Или: «А вы знаете, кто интересуется этим делом? Вам будут звонить». Звонят: полковник ФСБ рассказывает про мой автомобиль, спрашивает, не надо ли чем помочь, сообщает, что дочка моя в таком-то детском саду. Всё. Он не угрожает ничем, он просто демонстрирует осведомленность и спрашивает, не помочь ли.

Все встает на свои места.

— Когда про ребенка говорят, не страшно?

— Это же не какие-то злодеи, а люди в погонах.

— Это все-таки элемент давления, который в практику не переходит?

— Трудно сказать, переходит или нет. Может быть, когда надо, так и перейдет. Но я ничего такого не помню.

— Давайте попробуем проговорить причины такого уклона нашей судебной системы. Почему так мало оправдательных приговоров?

— Оправдательный приговор рискованный, презумпция невиновности не работает. Она работает в том смысле, что если ты кого-то оправдываешь, то должен доказать, что он невиновен.

— Это так. Адвокатура занимается работой следствия, многие адвокаты на это жалуются.

— Адвокаты говорят, что «вы оправдательного приговора не вынесете, да и не надо нам, потому что все равно отменят, вы на доследование отправьте».

Давеча была у нас встреча выпускников, и один мой коллега вспомнил, что 20 лет назад я вернул ему дело на доследование, он был следователем. Вот сколько человек помнит. А дело было гнусное: прокурор просила смертной казни человеку.

Я мало того, что вернул дело, я еще повелел этого парня освободить из-под стражи, что вообще непонятно, ведь вернул – они там его допытают, будет все, как положено.

Источник: https://alexlev.ru/uruslugi/advokat-uk/1113-byvshiy-sudya-mosgorsuda-sergey-pashin-rasskazyvaet-o-vzyatkah-kuratorstve-fsb-i-shtampah-v-sudebnoy-sisteme.html

Илья Ремесло: Коррупция в судах: взгляд практикующего юриста

Примеры подкупа судей

Курс валют предоставлен сайтом old.kurs.com.ru

У читателей сложилось впечатление, что я по всем позициям занимаю про-властную позицию. Однако это не так. Патриот, в отличие от приспособленца, должен видеть и критиковать неприглядные стороны власти.

Хочу рассказать вам о том, что знаю не понаслышке — о судейской коррупции.  Я имею обширную судебную практику в самых разных отраслях права, по преимуществу — в арбитражных судах. Занимался самыми разными делами — от противодействия рейдерству до налоговых споров. Все, что написано ниже, наблюдалось мной лично, я готов отвечать за каждое слово.

Вопреки официальным данным, в коррупционные схемы вовлечены не менее 90 % судейского состава. Это «теневой» рынок, годовые объемы которого можно оценить в сотни миллионов долларов. Большинство дел, в которых предмет иска крупный, имеют договорной характер — потому что это экономически эффективно. Отдаешь какой-то процент от предмета иска и гарантированно получаешь нужное решение. 

Средняя сумма взятки в суде первой инстанции  — от 25 000 у.е., не считая гонорара посредника. В вышестоящих инстанциях по крупным делам взятка может достигать нескольких миллионов.

Судейская коррупция характеризуется высокой латентностью — то есть взяточников правоохранительными органами выявляется крайне мало.

Схема работы давно налажена. На рынке действует огромное количество посредников (решальщиков), у которых с судьями сложились доверительные отношения. Как правило, это родственники либо близкие друзья судей, про которых все знают, что он «решает» с определенным судьей. Через этих посредников и происходят неформальные переговоры с судьей.

Следует отметить, что судьи соблюдают осторожность и практически никогда не выходят сами с предложением к стороне. Наоборот, сама сторона (истец, ответчик) обращается к посредникам и озвучивает свои пожелания. Так что в судейской коррупции есть доля вины нашего бизнеса — судьи берут, потому что им предлагают.

Выявить такое преступление практически невозможно — ведь в отношении судьи закон запрещает проводить оперативные мероприятия. Как правило, ФСБ-шники из неформальных источников знают, что судья «берет», но ничего с этим сделать нельзя. Максимум, что может грозить судье, в отношении которого есть обоснованные подозрения — уход в отставку по собственному желанию.

Приведу реальный пример из практики. ФСБ прослушивало телефон одного адвоката, который имел неосторожность обсуждать по телефону с судьей «деликатные» вопросы. Разговор записали.

Подчеркну, что это вышло случайно — ведь телефоны самих судей слушать нельзя. Запись была передана председателю суда, с судьей состоялся разговор, в результате которого он написал заявление об уходе.

Этим все и закончилось.

Было бы полбеды, если бы арбитражные судьи просто брали взятки и выносили относительно необоснованные решения. Дело в том, что их решения наносят огромный ущерб бюджету РФ.

Недавно в Петербурге разоблачили преступную группу, которая мошенническим образом возмещала миллиарды НДС из бюджета.

Но кто принимал решения о возмещении из бюджета лже-НДС? Арбитражные судьи. Так и указано: преступная группа пользовалась своими коррупционными связями в судейской сфере. Спрашивается: судьи не понимали, какие решения они выносят?  Кто из них понес ответственность за причинение огромного ущерба бюджету? 

Возмещение «черного» НДС — это тема для отдельного разговора. Если кратко — это наглый, хищнический распил миллиардов государственных денег путем манипуляций в суде с бумажками.

Один пример из практики. Суд принял решение о возмещении «черного» НДС, которое было исполнено налоговой инспекицей.

Впоследствии, налоговая инспекция обнаружила, что контракт, который являлся основанием для возмещения, подписан генеральным директором, умершим 5 лет назад.

Естественно, налоговая обращается в суд с иском о признании контракта недействительным — чтобы впоследствии отменить судейское решение о возмещении НДС. Казалось бы, все ясно.

Но что делает суд? Он применяет иезуитскую логику: не имеет никакого значения смерть директора, так как исполнение контракта было подтверждено последующими действиями фирмы, от имени которой несуществующий директор подписал контракт. И вообще, доказательства являются недопустимыми, так как получены в результате оперативно-розыскной деятельности.

Кому выгодна коррупция в судейской среде? В первую очередь самим судьям и посредникам. Стороны платят суду деньги, потому что не доверяют честному правосудию — ведь противоположная сторона тоже может «занести».

Невыгодна коррупция в первую очередь честным юристам. Клиенты не готовы платить хорошие деньги за нормальный, квалифицированный труд юриста. Этот труд обесценен услугами «решальщиков». Клиент рассуждает так — за что платить юристу, если решальщик предлагает услугу «все включено»? И что этот юрист со своими знаниями значит для клиента, если вопрос эффективно решается в другой плоскости?

Наконец, особая опасность именно судейской коррупции заключается в том что суд — это последнее средство для защиты нарушенного права. Если номрально не работает суд — права граждан обесцениваются.

Что же делать с коррупцией в судах?

В настоящее время власть активно проводит судебную реформу — заработавший отрицательную репутацию Высший арбитражный суд упраздняется. Но эти меры носят скорее организационный характер, а нам нужны коренные изменения.

Для начала нужно, чтобы власть услышала голос юридической общественности и признала наличие этой масштабной проблемы.

А не занималась смешными для любого понимающего человека отговорками, что «коррупции в судах нет».

Необходимо прекратить практику выдвижения на руководящие арбитражные посты ничем не проявивших себя приближенных. Нужно разработать кардинально новую систему ответственности и подотчетности судей.

У людей либеральных взглядов принято считать, что России нужен «независимый» суд. Господа,  то что мы имеем сейчас — и есть независимый суд во всей красе.

Вы думаете, это из администрации президента совершают сотни звонков, давят на несчастные суды и требуют вынесения незаконных решений? Спешу вас разочаровать — реальность куда прозаичнее.

В судах процветает банальное, повседневное взяточничество, порожденное безнаказанностью.   

С судейской коррупцией можно покончить в сжатые сроки при наличии политической воли. Власть не должна стыдиться признать проблему — сам Путин признает важность критики власти. Стыдно, когда проблему замалчивают, когда государственный аппарат со всеми его силовыми структурами пасует перед решаемой задачей.

Уважаемые читатели, мы с вами можем придерживаться разных политических взглядов. Но коррупция — наш общий враг. Поэтому, обращаюсь к вам и представителям СМИ с просьбой — сделайте так, чтобы власть услышала нас.

Мы не хотим, чтобы коррупция обрушила государство, мы хотим его оздоровления, чтобы им можно было гордиться.

Источник: https://echo.msk.ru/blog/iremeslo/1343678-echo/

РОССИЯ: КОРРУПЦИЯ В СУДАХ

Примеры подкупа судей

НЕЗАВИСИМЫЙ ДОКЛАД ВСЕРОССИЙСКОЙ АНТИКОРРУПЦИОННОЙ ОБЩЕСТВЕННОЙ ПРИЕМНОЙ «ЧИСТЫЕ РУКИ»

ВВЕДЕНИЕ

Большинство жалоб, которые к нам поступают, это жалобы на деятельность судов – 89%. Жалобы на суды общей юрисдикции по гражданским делам составляют – 74%. Количество жалоб на судей уголовного судопроизводства составляет 12 %.

Согласно содержанию жалоб граждан, повсеместно установилась система посреднических услуг через так называемых «черных адвокатов», которые берут на себя роль уладить дело с конкретным судьей за определенное вознаграждение. При этом чаще всего «черными адвокатами» являются родственники, друзья судей.

Как правило, коррупционная схема выстроена следующим образом: «черный адвокат»- судья – помощник судьи.

Конторы таких «черных адвокатов» обычно расположены рядом с судами, обратившимся судьи рекомендуют своих адвокатов, «чужие» адвокаты притесняются или судья недвусмысленно намекает на необходимость смены адвоката, создавая административные барьеры при подаче иска в суд.

Если сторона не привлекает «черного адвоката», то обычно проигрывает. Прикрывается схема Председателем суда, собирающим дань со всех судей, а часть денежных средств, как правило, ежемесячно передается Председателю суда региона субъекта РФ, который имеет «своих» лоббистов-судей в Верховном суде РФ.

Сама схема сложно доказуема с точки зрения доказуемости самой потерпевшей стороной, так как судебный процесс, по закону, состязательный и незаконность самого решения не доказывает факт коррупции, а лишь является косвенным подтверждением. Сторона не имеет процессуальных прав установки наблюдения за судьями и т.п.

, так как это входит в обязанность правоохранительных органов, Следственного комитета, Прокуратуры и ФСБ. Иными словами, факт коррупции практически невозможно доказать.

При этом руководство Следственного комитета, прокуратуры и ФСБ на местах стараются сохранить тесные отношения с Председателями судов, которые в дальнейшем ими будут использованы в коррупционных целях самого же руководства правоохранительных органов.

Жалобы на коррупцию в судах для пострадавшего в 99% случаев заканчиваются ответом, что суд независимый и правоохранительные органы не имеют права вмешиваться в дела суда. Либо санкциями в отношении потерпевшего вплоть до привлечения к уголовной ответственности за клевету, с тем, что отвечать человеку придется перед тем же судом, который он ранее обвинил в коррупции.

ПРИМЕРЫ КОРРУПЦИОННЫХ СХЕМ В СУДАХ.

Однако существуют исключения, когда коррупционные схемы имеют доказательную базу, в этом отношении, по сути, бесценной, является информация о коррупции в судах и применяемых схемах, предоставленная самими работниками судов.

Уникальный пример – жалоба на коррупцию в судах Беловинской Александры Ахмедовны, более 10 лет проработавшей в должности секретаря судебного заседания в К-ском районном суде.

Александра Беловинская перешла в К-ский городской суд в феврале 2008 года. Сначала она  работала с судьей Наниковым Г.П., который с первых же дней совместной работы дал ей указание о том, что определения по гражданским делам и постановления по уголовным делам должен печатать секретарь судебного заседания, что является нарушением ГПК и УПК РФ.

Секретарь судебного заседания стала замечать, что судья допускает нарушения процессуального закона, в частности, судья, не вынося определение о назначении экспертизы, мог отдать дело адвокату и потребовать, чтобы адвокат напечатал указанное определение самостоятельно. Так было, например, с делом по заявлению Р-вой С.Н.

о признании гражданина недееспособным. Подготовка определения суда о назначении психиатрической экспертизы по данному делу судьей была поручена адвокату Ш-новой З. Другой пример – гражданское дело по заявлению Г-вой от 18 сентября 2008 года – о признании договора купли-продажи действительным. Дело было передано нотариусу Козенко Л.

, которая самостоятельно составила и отпечатала решение.

Согласно жалобе А.А. Беловинской, судьи К-ского городского суда передавали дела адвокатам, чтобы последние подготовили соответствующие процессуальные акты, т.е. адвокаты принимали непосредственное участие в изготовлении решений, определений и иных процессуальных документов, имеющие значение по делу.

Как утверждает Беловинская, такую схему в своей работе использовала судья Кончицкая (К-ский городской суд): она передавала вообще все дела адвокатам, юристам и помощникам судей – и гражданские, и уголовные. Решения по делам печатали даже стороны по делу.

Дела выносились из суда, вовремя не возвращались – всегда с опозданием больше, чем на неделю.

Кроме того, Александра Беловинская заявила, что около 90% (девяносто процентов) судебных решений являются коррупционными.

В качестве яркого примера А. Беловинская указала постановление суда, вынесенное 08 августа 2008 года единолично председателем К-ского суда Судаловой, без участия в судебном заседании гособвинителя, секретаря и адвоката. Судалова рассмотрела материалы уголовного дела в отношении А-вой, обвиняемой по части 4 статьи 228 УК РФ, однако четвертой части в данной статье вообще не существует.

По словам Александры Беловинской, размер взяток в судах зависит от сложности дела. В ее распоряжении имеется письмо Межрайонного отдела К-ской ОРЧ 1 по борьбе с экономическими преступлениями при МВД РФ одного из южных регионов.

Документ подписан начальником указанного отдела, который информировал первого заместителя прокурора города К-ра о установившихся размерах суммы взяток по уголовным делам, которые варьируют от 50 000 рублей до 1000 000 рублей в зависимости от сложности дела.

Как заявляет Беловинская, судьи не отказываются и от гораздо меньших денежных сумм. По гражданским делам сумма взятки начинается с 15 000 рублей, причем 15 000 рублей берутся для обжалования в вышестоящей инстанции, а еще 15 000 рублей предназначается самому судье. По административным делам судьи берут, кто сколько даст.

Если адвокат не «черный», ему вообще не дадут работать. Адвокат должен работать по схеме, предложенной местным судом.

Согласно неофициальной информации, продление должностных полномочий председателя суда оценивается от девяти миллионов рублей.

Для самой Александры Беловинской выступление против коррупции в судах обернулось увольнением и возбуждением в отношении нее уголовного дела. Как рассказывает Беловинская, с января по 13 марта 2009 года в отношении нее были проведены 5 (пять) служебных проверок. 13 марта 2009 года ее уволили за, якобы, прогул.

Как утверждает Беловинская, с 15 декабря 2008 года до 13 марта 2009 года она просто ходила на работу: у нее забрали компьютер, если в кабинет кто-то приходил, приставы человека просто выгоняли, никаких дел с 15 декабря 2008 года ей не поручали.

Аналогичные действия применялись и в отношении других сотрудников суда, которые открыто высказывали свое возмущение воцарившимся произволом и беззаконием судей.

ПРЕДЛОЖЕНИЯ И РЕКОМЕНДАЦИИ.

Как видно из материалов доклада, коррупция в судах приобрела масштабный характер, и фактически подорвала доверие к российскому правосудию, нанесла непоправимый вред авторитету российской государственности.

Деятельность судей напоминает деятельность менеджмента коммерческой фирмы, что приводит к масштабным нарушениям прав и свобод граждан, на охране которых, в первую очередь, должна стоять судебная власть.

В результате «коммерческой детальности судов» в последнее время мы отмечаем всплеск протестных настроений, особенно в южных регионах страны, что создает благоприятную среду для роста радикальных политических течений в стране. Это приводит к росту, особенно в неблагоприятных регионах, террористических актов, преступности. Ситуация также усугубляется неуверенными шагами в борьбе с коррупцией и  бездействием.

Необходимо построение новой политической системы, подконтрольной обществу, где государство будет ему подконтрольно – парламентская республика, построенная на реальной демократии с ограниченными полномочиями президента, что оптимально для российского государства.

Это позволит развивать политическую конкуренцию на местах, тем самым, стимулируя появление общественного контроля за властью на местах, на региональном и федеральном уровне. Только гражданский контроль и реальная политическая оппозиция смогут ликвидировать причины порождения коррупции.

Возродятся культурные ценности и традиции, получив свое последующее развитие.

Также необходимо провести кадровую чистку среди судей и представителей правоохранительных органов, провести новый набор указанных должностных лиц и обеспечить постоянную ротацию судей и представителей правоохранительных органов по регионам РФ с ограничением срока работы в регионе.

P/S. (Доклад публикуется с сокращениями редакции – dinsk-kbk). Приведенная история борьбы Александры Беловинской с коррупцией в отдельно взятом суде показательна и имеет широкое множество аналогичных примеров «отправления» правосудия российскими судами.

Источник: https://dinsk-kbk.livejournal.com/31820.html

Ответчик: «Они купили судью!»

Примеры подкупа судей
Источник: https://newstracker.ru

Практически каждый второй или даже 7 из 10 проигравших дело представителей сторон обязательно обвинит суд в мздоимстве. Ведь правда была на его стороне, юрист ему активно обещал победу, а тут р-р-раз – и проигрыш! Наверняка же оппонент «занес» кому надо, вот и все дела.

Увы, коррупция в судах имеет место быть, хотя в своем лично я с ней сталкивался. Говорю не кривя душой ни капли: если она и есть, то помощников и секретарей в нее не посвящают.

Но если вы проиграли дело – в 95% случаев из 100 виноваты отнюдь не взятки. И вот почему.

Лапша от адвоката/юриста: сколько вешать во взятках?

Излюбленный прием недобросовестных «борцов за права» – развести клиента на дополнительные деньги якобы на взятку, благодаря которой все будет просто супер! На выходе же эти деньги просто идут в карман юристу. Обычно такие фишки более умные юристы используют по заведомо выигрышным делам, но некоторые не гнушаются и по провальным – просто потом разведут руками, что, мол, вторая сторона всех перекупила.

И невдомек гражданину, что его спорный гараж или бабушкин дом за 200 тысяч рублей в деревне Закузякино не тянет даже на месячную зарплату опытного судьи и это при том, что его стоимость никто не отдаст – иначе, зачем судиться?!

В случае проигрыша сторона по делу затаивает злобу на продажное правосудие, а в случае победы искреннее всем рассказывает, что «купила судью». Стыдно, товарищи «юристы»!

Имитация бурного «решалова»

С таким приемом столкнулся лично я. Дело о разделе имущества. Предмет спора – более чем достаточно имущества. Обе стороны представляют иногородние и не самые дешевые адвокаты.

Перед процессом пребывает важный молодой товарищ в очках – адвокат истца. Заглядывает.

– Здрасте! Ивановы прибыли. Ожидаем!- Добрый день. Да, хорошо, ждите.

Адвокат заходит, закрывает дверь (хотя она была открыта!) и минут 10 выносит голову всякой ерундой. А прибыл ли ответчик. А давно. А как погода. А такие пробки на трассе всегда в нашу сторону? А как мы ездим в столицу региона – через Чугуйкино или Гадюкино и т.д.

Тут выходит судья.

– Так, кто это у нас прибыл? Ах представитель Ивановых… Иск ваш? А оригиналы справок где? Почему копии? Где свидетельство о праве собственности на квартиру? Такой иск вернуть надо было по-хорошему, да мне дело после отпуска передали уже принятое! Как вы за такое деньги берете?! В процессе разберемся, готовьте бумаги! Представитель, заискивающе кивая, отчаливает, не забыв раскланяться в дверях, громко поблагодарив:
– Спасибо, хорошо, всё, договорились!

Через 2 минуты буквально иду в соседний кабинет, стоит этот деятель и страстно шепчет своим клиентам. Доносится:

«Не переживайте… судья сказал…. Я все решил…. Шансов у них нет…. Я уже с ними давно…. Бу-бу-бу-бу».

Не удержавшись, решаю обломать малину Остапу Бендеру, лишив его явно намечающегося развода на «компенсируйте взяточку-то а!»

– Имярек Имярекович! Вы все недостающие документы приготовили? Через дорогу можете копии снять для приобщения, ксерокс в зале не работает. Вам реально повезло, судья очень возмущен, если бы принимал он документы – иск бы оставили без движения как минимум, нельзя же так доверителей подводить.

Юрист краснеет, гневно сверкая глазами из-за очков, клиенты начинают что-то понимать, ну а я иду восвояси. Уверен, что им тут же завернули свежего «доширака», что «это аппаратчики так маскируются перед второй стороной, чтобы ничего не спалить».

И ведь по делу реально сторона истца в выигрыше, не благодаря юристу, а априори – квартира не делится, т.к. истцом унаследована, вторая квартира весте с долгом по ипотеке тоже ему перепадет, т.к.

платить ответчице нечем. Но клиент будет думать, что «вхожий в кабинеты» юрист все порешал, кому надо отсыпал и будет всем рассказывать, какие суды продажные.

Да еще и в духзе «Ну раз я, нищеброд, суд купил, то чтож богатые творят!

И вот как объяснять незадачливым, что «занести» судье – это очень дорого. Очень. И не карману 95% простых смертных. А если по карману – то такой судья скоро плохо кончит и пополнит ряды героев новостей.

Потому что судья, даже имея коррупционные помыслы, едва ли будет рисковать ради каждого встречного работой и статусом, а ведь еще есть вышестоящая инстанция, которая может все порушить и судью от души попинать.

И уж тем более ни один, простите, кретин, не будет в здании суда отдавать деньги на глазах у помощников!!! Это совсем сказочка про белого бычка.

Вот, к примеру, как выглядит вскрытые схемы взяточничества судами. Подсадные юристы, «якобы должник, отдающий долг» и другие фишки. А тут вот взял человек и занес просто в кабинет пачку капусты, герой. Не бывает так!

Мне сказали я победю! Или побежу! Или побегу!

Часто так говорят. Вот, к примеру, Марь Иванна и Петр Семенович. До свадьбы дочки дали молодым 1 млн. денег, чтобы они купили домик. Будущий (!) супруг услужливо оформляет имущество на себя, мол, чего будущую жену беременную таскать по инстанциям, вешает на жену кредит на ремонт, через месяц играют свадьбу, а через год разводятся.

Имущество в раздел не идет – куплено до свадьбы. Доказательств дарения денег нет. Только слова родителей жены против слов родителей мужа, которые «денег дали, вот расписка». С кредитом тоже вопросы – взят до свадьбы.

Шансов у родителей девушки и у нее самой (бывшей жены) объективно нет почти совсем, только доказывать улучшение дома, которое тоже было ДО свадьбы. Но Добрые юристы обещают – отсудим. И посадим. За мошенничество.

И еще всяких ништяков намотаем!

Проигрывают, потому что «вы же видели – шла девушка, поздоровалась с ответчиком. Она младший специалист в суде, всё они через нее решили, занесли кому надо». Аргументы? Доводы? Да зачем! Суд купили – юрист же сказал! Точка.

Дают ли взятки аппарату суда?!

Аппарат ничего не решает, но может прикинуться посредником. Есть такая категория – предприимчивые работники аппарата суда, выступающие якобы от имени взяточников-судей. Их мало, но они есть. Схема проста:

Помощник или секретарь за закрытыми дверями предлагает «решить вопрос» и назначает цену. Чаще всего госслужащий уже понимает, как закончится дело (8 из 10 на глаз юриста предсказуемы на 90%) и уже играет на страхах. Чаще всего речь про уголовные дела, где подсудимому железно грозит условное, но почему бы не попугать лоха?

Гражданин, будучи уверен, что «заносит судье», передает помохе 5-10-50 тысяч рублей и ждет «когда все решат». Получает условку и радостно всем хвалится, как «занес и откупился». Возможны такие трюки и в гражданском процессе. Яркий пример из реальности (выбраны почти безусловно выигрышные дела – страховые споры)

Есть вероятность, что такой помощник может работать «громоотводом» перед судьей, ведь если попадется помощник – получит ст.

159 – мошенничество с использованием служебного положения, поскольку никак повлиять на решение не могу.

Но чаще всего это инициатива недовольных зарплатой аппаратчиков и не более, которые не понимают – как в суде можно жить за эти гроши и начинающие «зарабатывать».

Неужели система чиста?!

Об этом никто не говорит. Взяточники есть везде, к прискорбию. От судов, до больниц и школ. В последних, кстати, больше в разы. А то сейчас комментаторы набегут, возмущенные налетят и начнут обвинять во всех тяжких.

Система нечиста, увы. Регулярно в новостях мелькают судьи, то миллион попросившие, то 5, а то и сразу 18 миллионов (реальный случай). Но в вашем случае с очень большой долей вероятности ни ваш кредитный автомобиль, ни домик в деревне, ни разбитый нос никто «спонсировать» не будет.

Из всех дел, которые, якобы, «купили», таковым навскидку будет 2-3 из 100. Примерно.

Лучше всего ситуацию с продажными судами отражает шутка:

Анонимный соц.опросКак вы считаете, суды продажны? Ответ «Да» дают 70% опрошенных.Давали вы или знакомые взятку судье? Ответ «Да» дают 2.5% опрошенных.

Что делать, если у вас просят взятку в суде? Не давайте! Заявляйте! ФСБ в помощь, это их профиль.

Спрос рождает предложение и коррупция выгодна практически ВСЕМ. Не только мзду берущим, но и гражданам, готовым лицемерно проклинать в комментах пьяного водителя, получившего условку за смертельное ДТП, и тут же начинающим искать «кому чего почем», когда их сын-муж-брат сшибет кого-нибудь насмерть.

Лайк, если хоть немного согласны, но даже не надеюсь)

Источник: https://zen.yandex.ru/media/vsude/otvetchik-oni-kupili-sudiu-5bbcd8e9f96dbc00abfbd40f

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

    ×
    Рекомендуем посмотреть