Соучастие со специальным субъектом

Соучастие со специальным субъектом

Соучастие со специальным субъектом

Ситникова А., доцент кафедры уголовного права и процесса Юридического института (ОрелГТУ), кандидат юридических наук.

Актуальным в теоретическом и практическом аспектах вопросом был и остается вопрос о соучастии в преступлении со специальным субъектом.

Эта проблема подвергалась научному осмыслению на протяжении длительного периода времени в связи с уголовно-правовой оценкой действий общего и специального субъектов при совместном совершении преступлений.

В литературе сложилась точка зрения, в соответствии с которой лицо, не обладающее признаками специального субъекта, оказывающее содействие совершению преступления, является организатором, подстрекателем или пособником.

Субъект, наделенный специальными признаками, совершивший преступление, предусмотренное соответствующей статьей Особенной части УК РФ, выступает в качестве исполнителя преступления. Вместе с тем дискутируется вопрос о возможности признания общего субъекта соисполнителем состава преступления, в котором закреплены признаки специального субъекта. В отношении этой проблемы сложилось два противоположных подхода.

Сторонники одного направления в категорической форме отрицают возможность соисполнительства в преступлениях со специальным субъектом. В частности, профессор В.С. Комиссаров полагает, что “…

исполнителем (соисполнителем) воинского преступления может быть только военнослужащий или гражданин, пребывающий в запасе во время прохождения им военных сборов.

Лицо, которое не обладает такими признаками, даже если оно выполняет объективную сторону преступления, как, например, вольнонаемное лицо, которое совместно с военнослужащим совершает насильственные действия в отношении его начальника (ст. 334 УК РФ), не может признаваться исполнителем преступления.

Вместе с тем в такого рода случаях оно несет уголовную ответственность за преступление в качестве его организатора, подстрекателя либо пособника (ч. 4 ст. 34 УК РФ)” . Аналогичную точку зрения поддерживает А.В. Козлов, который пишет, что при соучастии общих и специальных субъектов поведение общего субъекта следует рассматривать как действия организатора, подстрекателя или пособника .

Курс уголовного права. Общая часть / Под ред. Н.Ф. Кузнецовой, И.М. Тяжковой. М., 1999. С. 399.
Козлов А.П. Соучастие: традиции и реальность. СПб., 2001. С. 319.

Представители другого направления предлагают квалифицировать действия общего субъекта, совершившего преступление в соучастии со специальным субъектом, не только в качестве организатора, подстрекателя или пособника, но и соисполнителя. В этой связи профессор С.Ф. Милюков, критикуя содержание ч. 4 ст.

34 УК РФ, предложил собственный вариант этой нормы: “Лицо, не обладающее специальными признаками субъекта преступления, но совершившее деяние совместно с такими субъектами, несет уголовную ответственность по соответствующей статье Особенной части настоящего Кодекса в качестве исполнителя (соисполнителя), подстрекателя или пособника” . В.Ф.

Щепельков считает, что законодательное выражение “лицо, не являющееся субъектом преступления, специально указанным в соответствующей статье Особенной части” сформулировано в узком смысле, так как оно подходит только для случаев, когда объективную сторону преступления выполняет только специально указанный субъект.

В противном случае лицо, не обладающее признаками специального субъекта, должно привлекаться к ответственности как соисполнитель . Подобную точку зрения отстаивал профессор Б.В. Волженкин . Подвергнув критическому анализу соотносимость ч. 2 ст. 33 с ч. 3 ст. 34 и ч. 4 ст.

34 УК РФ и обобщив судебную практику о групповых изнасилованиях, в том числе с участием лиц женского пола, профессор А.И. Рарог пришел к выводу, что “…лицо, не обладающее признаками специального субъекта, может нести за него (преступление. – А.С.) уголовную ответственность в качестве соисполнителя” .

Щепельков В.Ф. Уголовный закон: преодоление противоречий и неполноты. М., 2003. С. 256. Волженкин Б.В. Некоторые проблемы соучастия в преступлениях, совершенных специальным субъектом // Уголовное право. 2000. N 1. С. 12 – 16. Рарог А.И. Настольная книга судьи по квалификации преступлений. М., 2006. С. 217.

Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2000. N 4. С. 7.

Единство взглядов на квалификацию действий общего субъекта, совершающего совместное преступление со специальным субъектом, отсутствует не только в доктрине, но и в разъяснениях Пленумов Верховного Суда Российской Федерации. Так, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 10 февраля 2000 г.

N 6 “О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе” отметил: “Должностное лицо либо лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации, предложившее подчиненному ему по службе работнику для достижения желаемого действия (бездействия) в интересах своей организации дать взятку должностному лицу, несет ответственность по соответствующей части ст. 291 УК РФ как исполнитель преступления, а работник, выполнивший его поручение, – как соучастник дачи взятки” . Верховный Суд Российской Федерации в этом Постановлении не конкретизировал характер участия работника организации, давшего взятку должностному лицу по указанию лица, в подчинении которого находится данный работник. Его действия описаны обобщенно: лицо является соучастником дачи взятки. При уголовно-правовой оценке изнасилования, совершенного группой лиц, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 22 апреля 1992 г. N 4 “О судебной практике по делам об изнасиловании” пояснил, что действия лиц, содействовавших изнасилованию, должны квалифицироваться как соисполнительство . Очевидно, что судебная практика следует принципу: каждый субъект выполняет свою роль. Данный подход вполне соответствует законодательной концепции соучастия с распределением ролей, но не в полной мере отражает характер участия в преступлении субъектов с общими и специальными признаками.

Милюков С.Ф. Российское уголовное законодательство. Опыт критического анализа. СПб., 2000. С. 82.
Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации. М., 1997. С. 333.

В соответствии с законом (ч. 4 ст. 34 УК РФ) действия участников преступления, не имеющих признаков специального субъекта, квалифицируются по соответствующей статье Особенной части со ссылкой на ч. ч. 3, 4, 5 ст. 33 УК РФ как действия организатора, подстрекателя и пособника.

Это правило дает возможность привлечь к уголовной ответственности участника преступления, который не имеет признаков специального субъекта, но тем не менее участвует в его совершении в роли соучастника, способствующего наступлению желаемого преступного результата. В данном случае исполнитель, т.е.

лицо, обладающее признаками специального субъекта, выступает в качестве средства реализации преступного умысла общего субъекта, который признается организатором, подстрекателем либо пособником.

нормы, сформулированной в ч. 4 ст. 34 УК РФ, создает квалификационные трудности при уголовно-правовой оценке действий общего субъекта, который наряду со специальным субъектом участвует в выполнении объективной стороны состава преступления.

Эти трудности обусловлены тем, что в основе научной разработки института соучастия лежит комбинированный подход, включающий элементы двух концепций: акцессорной и индивидуальной ответственности.

Такой подход вынуждает законодателя использовать фикции в качестве средства конструирования некоторых норм о соучастии.

Фикция как средство законодательной техники, использованная в ч. 4 ст. 34 УК РФ, исключает возможность безупречной квалификации действий общего субъекта при совершении им преступления совместно со специальным субъектом.

Данное нормативное предписание противоречит действительности, так как реальные преступные действия общего субъекта, выполняющего преступление совместно со специальным субъектом, закон (ч. 4 ст.

34 УК РФ) не признает соисполнительством.

На наш взгляд, в ч. 4 ст. 34 УК РФ имеет место неприемлемая законодательная фикция, т.е. правоположение, которое не отвечает потребностям практики и должно быть исключено из действующего законодательства. В этой связи мы поддерживаем точку зрения С.Ф. Милюкова, А.И. Рарога и других ученых и предлагаем изложить ч. 4 ст. 34 УК РФ в следующей редакции:

“Лицо, не обладающее признаками специального субъекта, указанными в соответствующей статье Особенной части настоящего Кодекса, участвующее в совершении преступления, предусмотренного этой статьей, подлежит уголовной ответственности за совершенное преступление в качестве соисполнителя, организатора, подстрекателя или пособника в зависимости от выполняемой роли”.

Следует обратить внимание, что квалификация действий общего субъекта при соучастии в преступлении со специальным субъектом зависит от двух критериев: 1) временного (темпорального); 2) формы соучастия.

Влияние темпорального критерия на квалификацию действий общего субъекта проявляется в следующем:

  1. действия общего субъекта, совместно совершающего преступление со специальным субъектом, квалифицируются в качестве действий организатора, подстрекателя или пособника только до или после совершения преступления специальным субъектом;
  2. если общий субъект совместно со специальным субъектом одновременно участвует в совершении преступления, то его действия являются соисполнительством.

Зависимость квалификации действий общего субъекта от формы соучастия выражается в том, что:

  1. квалификация действий общего субъекта в качестве организатора, подстрекателя или пособника имеет место только при совершении преступления организованной преступной группой;
  2. квалификация действий общего субъекта преступления в качестве соисполнителя возможна при совершении преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной преступной группой.

Таким образом, в статье представлена точка зрения на зависимость квалификации действий общего субъекта, совершившего преступление в соучастии со специальным субъектом, от темпорального критерия и формы соучастия.

Источник: https://WiseLawyer.ru/poleznoe/38313-souchastie-specialnym-subektom

Квалификация преступлений в соучастии со специальным субъектом

Соучастие со специальным субъектом

Субъект преступления — это физическое вменяемое лицо, достигшее возраста, установленного уголовным законом, ви­новное в совершении общественно опасного деяния, преду­смотренного этим законом в качестве преступления. Субъект преступления — неотъемлемый элемент состава преступления.

Специальный субъект преступления — это лицо, характеризуемое, как отмечалось, помимо признаков, присущих общему субъекту преступления, еще и дополнительным призна­ком, предусмотренным статьей Особенной части УК РФ, кото­рый для соответствующего конкретного состава преступления является обязательным.

Классификация:

«1) по государственно-правовому положению: гражданин РФ (ст. 275), иностранный гражданин и лицо без гражданства (ст. 276);

2) по демографическому признаку: по полу — мужчина (ст. 131); по возрасту — совершеннолетний (ст. ст. 150, 151);

3) по семейным, родственным отношениям — родители и лица, их заменяющие, дети (статьи 156, 157);

4) по отношению к военной обязанности: призывник (ст. 328); военнослужащий и военнообязанный (ст. 331-352);

5) по должностному положению: должностное лицо (части вторые ст. 137 и 138; часть третья ст. 139; ст. 143; части вторые ст. 144, 145; ст. 149; ст. 285-288. 289, 290, 291 и др.);

6) по должностному положению лиц, работающих в специ­альных государственных системах: дознаватель, следователь, прокурор, судья, работник милиции (ст. 299-305, 310, 311);

7) по профессиональным обязанностям: врач, другие ме­дицинские и фармацевтические работники (ст. 124, 128);

8) по характеру выполняемой работы: лицо, которому све­дения, составляющие государственную тайну, были довере­ны по службе или работе (ст. 283, 284), член избиратель­ной комиссии (ст.

142), работник железнодорожного, водного или воздушного транспорта, связанный со службой движения, эксплуатации или ремонта транспорта (ст. ст.

263, 266); работ­ник торговли и других организаций, осуществляющих реали­зацию товаров или оказывающих услуги населению (ст. 200), и др.;

9) по занимаемой должности: капитан (ст. 270), механик (ст. 266), командир воздушного судна (ст. 271) и др.;

10) по характеру обязанностей граждан в отношении государства: свидетель, потерпевший, эксперт, переводчик (ст. 307, 308);

11) по особому положению лица в отношении потерпевше­го: лицо, на иждивении или в подчинении которого находился потерпевший (ст. 125, 133);

12) по особому положению лица, связанному с совершени­ем преступления: лица, отбывающие лишение свободы, ранее судимые, осужденные за тяжкие преступления, лица, находя­щиеся под стражей (части третьи ст. 58, 159, 161, 162; ст. 313, 314 и многие другие);

13) по другим обстоятельствам: водитель или лицо, управ­ляющее транспортным средством (ст. 263), и др.».

В другой из классификаций выделяются также «образовательный статус (лицо, не имеющее высшего медицинского образования соответствующего профиля — ст. 123 УК); … со­стояние здоровья (наличие у лица ВИЧ — инфекции — ст. 122 УК)».

Классификацияпо должностному положению:

1) лицо, занимающее служебное положение (ч. 2 ст. 136, ч. 2 ст. 137 и многие другие статьи Осо­бенной части УК РФ);

2) должностное, лицо (примечание 1 к ст. 285), государственный служащий и служащий органов местного самоуправления, не относящиеся к числу должностных лиц (примечание 4 к этой статье), лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной органи­заций (примечание 1 к ст. 201);

3) лицо, занимающее госу­дарственную должность Российской Федерации (примечание 2 к ст. 285), лицо, занимающее государственную должность субъекта Российской Федерации (примечание 3 к этой статье), лицо, производящее дознание, следователь, прокурор, судья, оперативный работник (ст. 299-305, 310, 311), капитан судна (ст. 270 УК РФ) и т.д.

Установление признаков специального и узкоспециально­го, как и признаков общего субъекта преступления является одним из условий точной квалификации преступлений в пра­воприменительной практике.

К вопросу о квалификации преступлений со специальным субъектом (исполнителем) следует подходить дифференцированно, для чего в первую очередь необходимо определиться с признаками данного субъекта. А.В.

Шеслер считает, что, когда характеристика специального субъекта в законе является общей и строго ничем не ограничена, исполнителем и соисполнителем могут быть любые лица, выполняющие объективную сторону преступления, например, при изнасиловании (ст. 131 УК РФ), где соисполнителем может быть женщина.

Когда же круг субъектов ограничен, то исполнителем и соисполнителем могут быть только лица, обладающие специальными признаками.

Соучастие невозможно в тех преступлениях, в которых специальный признак исполнителя характеризует не его личностные качества, а его конкретную обязанность совершать определенные действия, которые не распространяются на других лиц. Положения ч. 4 ст. 34 УК РФ применяются, когда объективную сторону преступления может выполнять только специально указанный субъект.

Следует различать составы, где специальным является только субъект (изнасилование, убийство матерью новорожденного ребенка и т.д.), и преступления со специальными составами, где не только субъект, но и остальные элементы состава преступления характеризуются определенным содержанием, что определяется особенностями отношений, участниками которых являются данные субъекты.

При совершении преступления специальным субъектом, признаки которого указаны в норме Особенной части УК, все остальные участники преступления, не обладающие специальными признаками субъекта, могут быть привлечены к уголовной ответственности только в качестве организатора, подстрекателя или пособника даже в том случае, если кто-либо из них был фактическим соисполнителем преступления (ч. 4 ст. 34).

24. Понятие группы лиц по предварительному сговору и особенности квалификации ее действий.

Преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Закон определяет четыре признака организованной группы:

а) группа состоит из нескольких лиц;

б) лица заранее объединились в группу;

в) группа имеет устойчивый характер;

г) целью группы является совершение одного или нескольких преступлений.

Данная разновидность группового преступления предусмотрена в тринадцати статьях Уголовного кодекса РСФСР, где она учтена в качестве квалифицирующего признака (ч. 2ст.ст. 89-93, 144-147, 156, 2181, 224, 2241 УК).

Выступая одним из проявлений соучастия впреступлений, этот вариант группового посягательства характеризуется обязательными признаками. Их установление в процессе квалификации позволяет разграничить анализируемую разновидность группового посягательства с другими преступлениями, совершенными группой лиц.'

Для квалификации преступления как совершенного по предварительному сговору группой лиц, необходимо установить: а) множественность исполнителей (соисполнителей), т. е.

участие в совершении преступления двух или более лиц; б) участие каждого из них в выполнения действий (в полном объеме или даже частично), охватываемых признаками объективной стороны состава преступления; в) выполнение преступления объединенными усилиями – совместно; г) умысел каждого из соучастников на совместное совершение посягательства; д) согласованность действий участников группы, отражающую их взаимную осведомленность о совместном совершении преступления; е) предварительный сговор на совершение преступления группой.

Первый показатель характеризует множественность участников (два и более) и ту роль, которую они могут исполнять в процессе совершения преступления.

В отличие от сложного соучастия, неотъемлемым признаком которого также является участие в преступлении двух или более лиц, обладающих юридическими качествами субъекта преступления (ст.ст.

10, 11 УК), в групповом преступлении участники выступают, как правило, в роли соисполнителей.

Исключение из этого общего правила характерно лишь для организованных групп, где устойчивая связь между соучастниками обычно сочетается с распределением ролей между ними.

Во всех других случаях участники группы, совершающей преступление по предварительному сговору, в полном объеме или частично выполняют действия, предусмотренные объективными признаками состава преступления.

Отметим, что это важный разграничительный признак, который позволяет совершенно определенно размежевать сложное соучастие и преступление, совершенное по предварительному сговору группой лиц.

Всякая попытка наделить участника группы (если, конечно, группа в силу заранее состоявшегося распределения ролей не превратилась в организованную) другой ролью (не исполнительской) ведет к стиранию границ между сложным соучастием и групповым преступлением, а в конечном счете к применению закона (ст. 17 УК) вопреки его смыслу и назначению.



Источник: https://infopedia.su/7x8f5f.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.

    ×
    Рекомендуем посмотреть